Греция не продается

Шум вокруг продажи греческих островов обратил внимание на весьма экзотический рынок. Так можно ли все-таки прикупить клочок земли в Ионическом или Эгейском море?

"Греция обанкротилась и продает острова!" — уже не первый месяц уверяет мировая пресса. Умами прочно завладел образ прекрасной, но непутевой страны, которой ради выплаты долгов приходится выставить на продажу клочки суши, серыми жемчужинами разбросанные по Эгейскому и Ионическому морям. Тот факт, что Греция не собирается продавать ни единого из 6 тысяч своих островов, а сами греки возмущены подобными предложениями, не сильно смущает: во-первых, дыма без огня не бывает — слухи, вероятно, развеются лишь когда Афины избавятся от необходимости расплачиваться за свои долги чужими кредитами. Во-вторых, примерно 60 островков все же находятся в частной собственности, а значит, могут и поменять владельца.

Острова раздора

Сенсационные заголовки появились в апреле этого года, когда Греция оказалась на грани банкротства из-за высокого долга и бюджетного дефицита, а страны еврозоны засели за обсуждение кредитов для Афин. Напомним, что меньше всех вкладываться в спасение Греции хотелось Германии — по той очевидной причине, что первой экономике еврозоны платить придется больше других. Тут-то и выступил депутат бундестага Франк Шеффлер, чья партия входит в правящую коалицию. Назвав Грецию "бездонной бочкой", он предложил грекам выход: бросить надеяться на помощь немцев, а взять да и продать свои острова, чтобы выплатить 300-миллиардный долг. Этот пробный шар был отброшен и греческими властями, и властями ЕС, но шум был большой. Не меньше заставила говорить о себе и вышедшая в конце июня статья британской The Guardian, чей заголовок исчерпывал практически все ее содержание: "Греция продает острова, чтобы помочь экономике".

Некоторые формулировки статьи особенно задели греков, о чем редактора The Guardian известил в личном послании официальный представитель правительства. "Само предположение,— писал в нем Йоргос Петалотис,— будто Греция думает о распродаже островов, поскольку государство не в состоянии устроить базовую инфраструктуру или охрану порядка на большинстве из них,— само это предположение притянуто за уши, неверно и оскорбительно". К чести газеты нужно сказать, что на сайте она исправила заголовок на более корректный. А беседа с представителем Романа Абрамовича убедила The Guardian убрать из текста предложение, где утверждалось, будто этот бизнесмен подумывает о приобретении земли на греческих островах.

Все это, однако, не помешало сотням изданий перепечатать статью в ее изначальном варианте. Судя по всему, Греции придется потратить немало времени и сил, чтобы развеять предположения и слухи о продаже островов, которые не продаются, но которые очень хотят купить.

Надо признать: государствам случалось продавать свои территории или же сдавать их в аренду, но к этому, как правило, подталкивали внешние обстоятельства или невозможность, как в случае с некогда русской Аляской, эти территории содержать. Лишь вынужденной, силовой можно назвать "аренду" Гонконга британской короной или базы Гуантанамо на Кубе военными США. От уступки своей территории веет сдачей позиций, поэтому в наше время ни одно государство — Греция не исключение — на подобные сделки не пойдет. Не говоря уже о том, что предположения о продаже Родоса — острова с населением свыше 100 тысяч — выглядят откровенной нелепицей.

Эксперт в геополитике Майкл Стросс предположил в The New York Times, что Греция могла бы выбираться из долговых обязательств более мягким путем — за счет концессий. В конце XIX века, напоминает Стросс, Греция была вынуждена объявить дефолт, после чего отдала кредиторам право присваивать прибыли монополий, торговавших топливом, солью и спичками, и даже собирать налог на табак.

Но сегодня в Афинах и такие сценарии называют неправдоподобными. Даже подписанный с ЕС и МВФ меморандум о 110-миллиардных кредитах проходит в эти дни испытание греческой судебной системой. Это значит, что объявленное правительством сокращение зарплат и пенсий, под которое страна получила кредиты, вполне еще может быть признано неконституционным. Что уж тут говорить о концессиях...

Словом, правда покажется таблоидам скучной. Греческое государство владеет большими земельными участками, в том числе на островах. Некоторые из них можно продать или выгодно сдать в аренду, предварительно построив на них, например, современные отели: собственникам — прибыль, государству — налоги. Но вот можно ли назвать подобные сделки продажей островов? Только если гнаться за сенсацией ради сенсации.

Если пастух не против...

Греческие острова не продаются, но как быть с теми из них, которые уже в частной собственности? Откуда взялись и кто ими распоряжается?

Ответ — в истории. Большая часть частных островов (вернее, островков, их площадь редко превышает несколько гектаров) была приобретена частными лицами в XIX веке, когда Греция только-только стала независимой. Сейчас островами владеют наследники бывшей аристократии, среди которых порой встречаются и слуги народа — министры и депутаты.

Особняком стоит новая знать — судовладельцы. Знаменитые соперники Аристотель Онассис и Ставрос Ниархос в 1952 году порознь придумали строить супертанкеры, сделавшие их обоих миллиардерами. А в 1963 году магнаты одновременно прикупили себе по острову. Ниархос приобрел утопающий в зелени островок Спецопула в Сароническом заливе. Онассис купил знаменитый Скорпьос в Ионическом море, где он провел счастливые дни со своей возлюбленной, великой оперной певицей Марией Каллас и где упокоился после смерти прах бизнесмена. Отметим, что в те времена Греция еще была королевством. Нынешнее государство островами не торгует.

Другое дело, что владельцам порой случается острова продавать, но в этих случаях они предпочитают уступать свою собственность не другим частникам, а собственным офшорным компаниям — так и налогов меньше, и пересудов. Само собой, иностранные инвесторы тоже давно поглядывают на островки (тем более что закона, запрещающего их продавать иностранцам, нет, а многочисленные сайты в интернете охотно указывают стоимость — от 1,5 до 45 млн евро за остров). Но чтобы приобрести их реально, одних денег не хватит: де-факто нужно стать членом греческого истеблишмента. Иначе не продадут.

Это не говоря уже о мелочах — вроде разрешений от греческих археологов (а вдруг на острове найдут древности?) и военных (все острова — приграничная зона особого контроля). Ну и, конечно, отдельное удовольствие — договориться с пастухом, который раз в несколько дней приезжает на остров проведать коз. Таков неполный перечень трудностей, которые поджидают тех, кого в Греции метко прозвали "Робинзоны-Крезы".

У греков собственная гордость

Хотя торговля родиной в виде островов исключена, греки все-таки нервничают.

— Может, нас еще попытаются заставить продавать нашу землю,— вздыхает Панагис, 70-летний житель одного из греческих островов. И поясняет: — Все, о чем говорили немцы, им уже удалось нам навязать.

В его словах — горечь грека, которому приходится жертвовать многим, чтобы восстановить доверие к своей стране. Но и национальную гордость никто не отменял. Современные греки — народ одновременно молодой, лишь недавно получивший независимость, и очень старый: история греческого языка насчитывает несколько тысячелетий. Поражения и победы последних двух веков, создавшие новую Грецию,— не пустой звук для ее жителей. Именно поэтому предложение продать острова греки воспринимают как оскорбление. "Долги выплатим, а отдать свою землю — нет уж, дудки",— услышите вы здесь от каждого.

В начале июля мне довелось побывать на одном из тысяч необитаемых греческих островков. Мощная скала Диас возвышается неподалеку от берегов острова Кефалония в Ионическом море. Когда-то здесь был алтарь Зевса, потом скиты православных монахов. В наше время к голой скале, где живут лишь чайки, раз в год пристает кораблик с паломниками, и совершается торжественная служба Богородице.

Крутую лестницу в сотню ступеней, что ведет к церквушке на вершине горы, венчает матча с истрепанным ветром бело-голубым флагом Греции. Пока шла служба, капитан кораблика взялся за мачту. Упираясь ногами в скалу, повисая над пропастью, он с трудом выровнял флаг, и тот с новой силой забился под ветром. Пожалуй, не было бы ничего глупее в тот момент, чем спросить этого человека, что он думает о продаже греческих островов.

Суша в розницу

Продажа островов — бизнес не такой уж и редкий, однако все страны торгуют ими по-своему

Самый большой островной потенциал у Канады и в Скандинавии, где острова покупают местные жители, ценящие отдых в уединении. Иностранных желающих мало: север все-таки на любителя. Иное дело — в южных широтах. К примеру, в Испании, Франции и Италии продажа иностранцам разрешена, но цены гораздо выше. Что касается Греции, то ее острова покупают нечасто, а торги по ним идут очень долго.

Впрочем, тропические страны, для которых клочки суши в океане — главный источник доходов, тоже продают неохотно и, как правило, островки поменьше, без инфраструктуры, покрытые лесом. В Малайзии и на Филиппинах доступ к островам иностранцам закрыт, на Британских Виргинских островах полиция будет долго интересоваться их прошлым. А во Французской Полинезии условие сделки — использовать остров в целях турбизнеса. Цены зависят от инфраструктуры, расстояния, источников питьевой воды. А больше всех в мире любят покупать острова граждане США. Вот краткий список других рекордов этого рынка.

Самый маленький
Безымянный островок в 647,5 кв. м близ Аляски продается за 147 777 евро. Преимущества — дикий животный и растительный мир, а также отличные места для рыбалки.

Самый большой
Площадь Ilha das Pacas — 14 622 га, цена — 7,945 млн евро. Не так уж и дорого, учитывая, что отсюда рукой подать и до аэропортов, и до реликтовых лесов Амазонки.

Самый дорогой
Lisbon Island почти что в самом Лиссабоне. Уникальна не только география, но и цена — 240 млн евро.

Самый дешевый
Панамский Isla Gatun (23 835 евро) среди рукотворного озера необитаем, зато здесь полно попугаев, туканов, обезьян и тапиров. Да и мобильная связь работает.

Самый заповедный
Kornati National Park Island (Хорватия) — часть заповедного архипелага. 3,6 га, покрытые оливковыми деревьями, стоят 468 тыс. евро.

Самый исторический
Fort Montgomery Island манит американцев крепостью начала XIX века: в ней, уточняют путеводители, аж 70 каминов! Площадь 151 га, расположен посреди озера Чэмплэйн на канадской границе.

Самый доисторический
А вот 6,5 га Isla San Pedro (Чили) — окно в доисторическую действительность. В 1834-м этот рай, где уникальная древняя флора и фауна, изучал Дарвин. Вместе с видом на Анды — 9,534 млн евро.

Самый фермерский
Drottninghamn Island на озере Маларэн (Швеция) вблизи местечка Бирка, где селились первые викинги. Самая старая постройка XVII века, но в ней можно жить. В стоимость, 2,850 млн евро, входит также современный дом и амбар.

Самый экологичный
Green Ark Island на озере Никарагуа — мечта экологов. Все три дома на острове питают солнечные и ветряные установки, а жизнь устроена так, чтобы как можно меньше вредить природе.

Самый таинственный
Dunbar Rock (Гондурас), площадью меньше, чем в полгектара, и стоимостью в 1 350 650 евро, возможно, недооценен: по легенде, английский пират Черная Борода закопал здесь свои сокровища.

Автор: Алексей Бородинский, Анастасия Шпилько, Prian.ru